Сказ об удаче

Коль помыслить, сказка сказкой видится лишь тем немногим,
кто в сомненье и с опаской обходил пути-дороги,
что ведут к познанью нови, открывают дверцу к тайнам
Кто притворно хмурил брови, всякий раз ногой болтая,
да роняя вслух «Брехня!», заходился в гулком смехе.
Но для тех, кто в жизни днях обнаружив вдруг прорехи,
силился сыскать ответ, сказка виделась подспорьем,
в коем был схоронен свет добрых памятных историй.
Ладно, уж… разговорился. Время за полночь… пора.
Жаркий день угомонился. Спит в кроватках детвора.
Белый лист, чернила, мысль — вновь топорщится лукаво:
то взлетает к звёздам ввысь, то потреплет нарукавник,
упредив иное слово, что изменит смысл в строке
Слово ведь всему основой, хоть у нас, хоть вдалеке.

Жил в селенье мужичок. Справный видом, работящий.
Нынче про таких «качок», молвит тот, кто не обрящит
нужных слов в родном наречье. Ладно, не о том теперь…
Раз, в один прекрасный вечер, подперев доскою дверь,
поспешил мужик наш в лес. Спросишь — за какой нуждою?
Кто ж там знает, что с небес, от мерцаний звёздных роя,
выпадет чудным знаменьем поступать хоть так, хоть этак?!
Поп наш кажет мол, затменье — жизнь по знакам и приметам.
Наш мужик не поп, ступает. Звёзды, тишь да круг луны
Полнолунье в ночь вступает. У отрогов валуны
чернотой теней рисуют — вот вам ангел, вот вам бес…
То ли гонит, то ль тасует по бездонности небес
ветер кавалькаду туч. Тучкам надобно вальяжней.
Серебристый лунный луч по окресту сыплет пряжей
бесконечных в счёте нитей. Благодать, чего уж там…
Ёжик – шорохов хранитель, среди трав спешит к кустам,
к тем, где прежним днём топтыгин брюхо лакомил малиной
Старый ясень в вид мотыги зрит как кедры исполины
вековую службу правят, охраняя мир от бед
Знает дол, никто не вправе кедры ровней чтить себе.
Вот и речка-безымянка: омут, заводь, гул стремнины
Хоть и к тьме ночной помянут, но такого вида ныне,
где безлюдий вечных тишь, отыскать большая сложность
То на что в окно глядишь, лишь измысленная ложность.
Стало ясным и понятным то, зачем мужик пришёл
Ловко, даже чуть занятно, к брегу дядька подошёл,
отвязал от пня верёвку, что привязывал здесь прежде,
с силой да лихой сноровкой на речное побережье
вытащил ловушку-сеть, в коей что-то трепыхалось…
Рыбку мыслишь, коли сеть? Нет, дружок, ошибся малость
В сеть мужик бобра подвесил. Ну, того, что бобр-строитель.
Но для люда в нашей веси, был тот бобр сплошной вредитель.
Он запруды вишь настроил поперёк речного хода.
Ладно бы затор устроил для баржи иль парохода
Так ведь нет. Вода пропала сразу в нескольких селеньях
Бобр, как водится, в опалу. А для общего спасенья
порешили сельским сходом изловить источник бед,
снарядив за ним походом дядьку. Но, не по злобе,
не для страшного убийства. Чтоб словив, за сотню вёрст,
в клети, справленной с витийством, наш мужик его отнёс
Вот уж бобр по клети бродит, дверцу пробует на зуб,
беспокойство хороводит, то под крышкой, то внизу.
Мужичок присел на роздых. Путь обратный впереди.
Дуб столетний в скрипе грозном слух тревогой бередит?
Оглянулся…. Матерь Божья…! Что за напасть меж кустов?
Средь лесного бездорожья, у реки, шагов за сто…,
человечий образ зрится. Нет рогов, хвоста…, не бес.
За спиною свет ярится, пляшет до самих небес?
Дядька не из слабонервных. В общем, даже и не трус
Но и он смешным манером поспешил за ближний куст

— Страх не празднуй, человече, — слов черёд спокоен, тих, —
Распрямляй скорее плечи. Не стремись тотчас уйти.
Нет, как ты решил, напасти, в том, что я перед тобой
Не в моей, поверь мне, власти, сеять бед и стонов вой.
Тот я, кто пытливым взором жизнь людскую подмечает:
что есть праздностью и вздором, что как должно отвечает
чаяньям небесных сил, что сей мир, в трудах творили
Ты ведь, знаю, возносил, так мне люди городили,
добрую хвалу удаче, не стремясь сыскать ответ –
как же – так, а не иначе, сложен был тебе привет?
Всё ты принимал как должно. Мол, удача мне подруга.
Подскажу. Ты мыслил ложно. Ведь удача не подпруга,
та, которую поправить не займёт больших усердий
Знай, стезёй удачи правит знак душевных милосердий.
Знак сей, снизойдя с небес, будет слать тебе удачу
лишь до той поры, где бес, страсть души твоей возалчет
Скупость, безразличье, ложь, прочь гони коль в мысль полезут
Глас бесовский, будто нож, в сто незримых острых лезвий
будет дух твой истязать выбором красивых басен
Бес умеет рассказать…. Добрый бес вдвойне опасен.
Вижу, возразить стремишься. Мол, при злате да при чине
вдвое меньше притомишься, а о бедствий злых кручине
помнить не найдёшь причин. Богачи мол, все в удачах
Мол, и царь, и богачи над чужой бедой не плачут.
Мысль твою судить не стану. Всем вам выбор дан с небес
Повторяться непрестанно, видно…, мой тяжёлый крест:
Для иных удача зрится в полном брюхе да безделье,
а иным, как говориться, в воровском негожем деле.
Для сквалыг сундук сокровищ — бесконечная удача
Почитатель пьяных сборищ, лишь хмельного зелья алчет
Пожалей их, человече…. Все они — в несчастьях братья
Им приют давно намечен, так предсказано в харатьях,
в бесовских котлов горнилах, в жаре больше жара лавы
Полно…. Видишь, уронила звёздочка зарницу справа
Знак — пора ступать обратно, шлёт тебе небес хранитель
Пусть же в сердце многократно ну, а в мысли красной нитью
селится мой сказ…. Удача, коль судить её как должно —
путь земной, что не растрачен в спешке за пустым да ложным
Здравие, семья, детишки, добрый урожай на поле
Помянуть совсем не лишне о житье-бытье в приволье
да красе родного края…. В том удача, человече.
Бес же, на страстях играя, лишь обман удачи мечет.
Про бобра решил ты справно. Всяка живность невиновна.
Сей шельмец трудяга славный. Хоть сто раз построит снова
Позаимствовать не лишне от его трудов умелых
Он дурных путей не ищет. Сонмы дел решает смело.

— Кто ты есть? – мужик пытает, обтерев ладонью пот.
Страх под сердцем мерно тает, равно, что туман с болот, —
— Что не бес, и так понятно, хоть и ангелом не зришься
Но, пусть и весьма занятно светом праведным яришься,
мне и ныне в толк не взять, для чего ты в дальней чаще
где и, в общем, быть нельзя, бродишь за людьми смотрящим?

— Твой вопрос вполне понятен…, по людскому разуменью
Но, чтоб в душах чёрных пятен иль за пазухой каменьев
гору — мне сыскать случилось, нет нужды толочься в весях
Сколь времён бы не влачилось злых деяний мракобесье,
всё ж настанет срок однажды, где ответ держать придётся.
Сам ведь повторял не дважды – сколь верёвочка не вьётся….
Я есть здесь, везде, и сразу. Можешь верить, можешь – нет
Не ровняй с нечистой, с сглазом. Вот, такой тебе ответ.
Со своею странной вестью я иду лишь к тем, в ком вижу,
что дух совести и чести не растоптан, не унижен.
Срок идти мне, человече. И тебе…, грядёт гроза.
Коль желаешь новой встречи, помни то, о чём сказал.

Растворился, как и не был. Звёзды, небо, шум реки….
Сон, не сон? Но точно небыль. Ветви стареньких ракит
с ветерком в лапту играя, речке кланялись шутя
Пела гимн речному раю стайка сереньких утят
Старый дуб молчал глубоко. Может, просто крепко спал.
Где-то недалече сбоку стерх луне приветы слал
Шел мужик, взвалив на плечи клетку с пойманным зверьком
Клеть нести казалось легче, чем освоить мыслей ком,
что зудили непрестанно – что да как, зачем со мною…?
Лишь одно не зрилось странным – что под полною луной
данность встречи совершилась. Полнолунье – срок чудес
Мысль дурная копошилась – может, это всё же бес…?
За рекой заря ярилась, слала миру новый день
Доброй вестью жизнь творилась, разделяя свет и тень
Ветерок ласкал пространство, на листве дрожали росы
Воротясь из дальних странствий, рухнув в камыша торосы,
гуси-лебеди резвились, оглашая заводь криком….
Все труды природы свились лишь в значении великом –
Божий мир прекрасен, светел, коль не рушить, а блюсти.,
только в дружбе и совете дар удачи заблестит.

А мужик? А что, мужик…. В весь придет, бобра покажет
Чтоб не сеять зряшной лжи, всем о встрече не расскажет
Засмеют ведь, грешным делом. Скажут, меньше дядька пей.
Слог промолвят — «Обалделый», и прицепят, что репей.
Нет уж…, лучше промолчит. Для себя лишь верить станет,
что в ночной лесной тиши, тот чудной безвестный странник
не явился перед взором призраком иль приведеньем.
Сказ его не станет вздором числить не одним мгновеньем.
Будет жить, блюсти уклады. Избегать дурных занятий.
Почитать удачным, ладным лишь стремленье тех понятий,
где присутствий бед ненастья не отыщешь по итогам
Верить, что лишь торит к счастью путь свой по земным дорогам

© Владимир Дмитриев

(Визитов на страницу 2. Ежедневно 2 )

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.