Страсти по хомо сапиенс

944728_65
Хомо сапиенс. Фразой чудною,
равной злой и обидной насмешке,
смысл в усталом сознании ноет,
без привычной для времени спешки,
расставляя слова по местам,
выскребая пример из реалий.
Жажда знать в пониманье проста
до и после явленья скрижалей.

Замерев у прогнившей калитки,
сплюнув за спину горечь и грусть,
промокая до дрожи, до нитки
от дождей непрестанных, берусь
рассудить, как же так получилось,
что — венцом сотворённый однажды,
стал теперь попрошайничать милость,
посчитав, что насущным и важным
есть не гордым избранником жить,
а влачить унижения рабства.
Что свободой решать — дорожить,
есть занятием, в общем, напрасным.
Сколько можно ломиться к корыту,
стыд и честь разбросав вдоль обочин?
Сколько можно держать не зарытым
тот топор, что на войны заточен?
Кто нас гонит в кредитные стойла?
Сами, сами… овцой на закланье.
Мозг взбодрив отравляющим пойлом,
скопом, с вечно протянутой дланью,
всё юродствуем да кривляемся,
чтоб ловчей объегорить друг друга.
Мы не просим простить. И не каемся.
Разучились. И с временем туго.
«Что имеешь?» — спросили бродягу.
«А что нужно, вот то, и имею».
«Что же, нужно?» — трясли доходягу.
«Что имею, то нужно, не менее…»
Можно, можно поспорить с скитальцем.
Можно даже — взашей, чтоб не умничал.
Только кто ж объяснит, хоть на пальцах,
хоть жаргоном блатным, типа, уличным:
Почему всё не так, как хотелось бы?
Почему всё в препонах да терниях?
И откуда взялись мягкотелости,
хоть и здесь, хоть в соседских губерниях,
там где нужно сказать — чтоб не смели.
И, не то, чтобы тронуть…, смотреть.
Как мы вместе и врозь не сумели
апокалипсис душ рассмотреть?
Славно песни поём, славно пляшем,
не встревожась что дудка — чужая.
Большинством уж не сеем, не пашем.
Что там «пашем». Уже не рожаем,
хоть бы что, что напомнило б нам,
что живём не безликой живОтиной,
что в анналах (не спутай с «анал»)
есть понятья «отечество», «родина».
Души сгнили, скукожась в душонки.
Здравый смысл в беготне износился.
Даже палец, костлявый и тонкий,
выбирая меж двух…, покусился
не на клавишу лечь, на курок.
Видно там он в спокойствии большем,
с той поры, где усвоил урок:
правый тот, кто от силушки мощный.
Нет понятья «чужая беда».
Если только мы люди, не звери.
Прави славящий люд никогда
не таился, скрываясь за дверью,
если….
Кто это встал за спиной?
То ль скулит, то ль в полголоса ропщет?!
В ухо сыплется слов размазнёй:
«Не стремись усложнять. Будь попроще…»

© Владимир Дмитриев

(Визитов на страницу 75. Ежедневно 1 )

Добавить комментарий