Я слушал и молчал

332210_90

Он говорил мне: Не смотри назад.
Мол, обернувшись, тут же и споткнёшься.
Ещё добавил: сердцу и глазам
от тех путей, где мысленно вернёшься,
порой становиться не очень-то и сладко.
И даже стыдно от того, как было.
Коль вот теперь — всё поделом да гладко,
то незачем с упорством, ярым пылом,
взирать на то, что в прошлом не сложилось.
Пускай покоится, мол, с миром в забытьи.
Вот разве там, где пелось и кружилось….
То, может быть, и стоит воротить,
когда вдруг загрустишь от зимней стужи.
А так, зачем…? Пускай уйдёт навек.
Возврат в негожий день уж вряд ли нужен.
Живи сегодняшним, мой добрый человек.

Я слушал и молчал. Без жажды спора.
Ведь он постарше и мудрей меня.
Полуголодных псов бездомных свора,
надрывным лаем вся и всех кляня,
промчалась и исчезла в дальней роще.
Затараторил поезд по путям.
А может он и прав?! И нужно проще.
Пусть в замять вечности, иль в бездну забытья
уходит всё, что болью и тоскою
звучит порой в измотанной душе.
Пусть упокоится под гробовой доскою,
что помниться лишь в струпьях да в парше?

А тот, кто молвил, вдруг поднялся с места.
Перекрестился. Кладь с земли поднял.
Прошёлся взглядом по глухим окрестам.
Мешок заплечный молча подровнял,
и словом тихим не спеша закончил:
Мол, я, лишь высказал. А ты — верши своё.
Я не наказывал и вовсе не пророчил.
Пророков нет в отечестве своём.
А молвил оттого, что в каждом дне,
безмолвным путником, согбен и неприкаян,
брожу по памятности выжженной стерне,
на вечность муки душу обрекая,
лишь оттого, что позабыть не в силе,
того, что сотворились мною в прошлом.
Сам видишь, как безмерно подкосили….
И не вернёшь. Ведь мною жребий брошен.

Он прочь пошёл. А я стоял и мыслил,
лишь изредка взглянув через плечо.
Всё твёрже убеждаясь в истом смысле,
что суд над памятью, здесь вовсе не причём.
А сутью то, что с самых ранних лет,
любой и каждый, кто зовётся «люди»,
чеканя в мироздании свой след,
обязан думать: А каким он будет?
И что, лишь от тебя зависит то,
в какой — грядущие рассветы и закаты
раскрасятся навечно цвет и тон.
Что в мире этом эхом многократным
ответом зазвучит на твой призыв.
И может быть тогда: ни путь, ни память,
не станут слать, ни страха, ни слезы.
И ты не станешь помышлять про замять.

© Владимир Дмитриев

(Визитов на страницу 94. Ежедневно 2 )

Добавить комментарий